Личный кабинет

Британский журналист рассказал о нечеловеческих условиях работы на складе Amazon

Я нахожусь в закрытой металлической клетке в 3 метрах от моего ближайшего коллеги, а в это время откуда-то из темноты ко мне подъезжает робот и подбрасывает мне гору контейнеров с заказами. За девять секунд я должен суметь схватить заказ и подготовить его к отправке на упаковку, а часовая норма составляет 300 заказов, и так на протяжении каждого часа в течение бесконечного рабочего дня. В процессе того как я сначала наклоняюсь к самому полу, а затем вытягиваюсь в струну, чтобы достать необходимый мне заказ для поддержания бесперебойности исполнения заказов, мое тело гудит от боли. Добро пожаловать в сортировочный цех компании Amazon. Помимо того, что камеры отслеживают каждое мое телодвижение, передо мной установлен монитор, на котором постоянно всплывают уведомления о количестве выполненных заказов за текущий час и о времени, которое я затратил на выполнение каждого из них. Это крупнейший в Европе упаковочный цех гиганта онлайн-торговли, который рассчитан на отгрузку 1,2 млн заказов в год. Прибыль крупнейшего в Соединенном Королевстве розничного магазина, которым является компания Amazon, достигла в прошлом году 7,3 млрд фунтов стерлингов. Однако расследование газеты Sunday Mirror покажет, что стоит за подобного рода «успехом» ежедневная безжалостная эксплуатация работников компании. Я лично видел, как рабочие спали прямо на ногах из чрезмерного переутомления, причина которого заключается в тяжелейшем труде на протяжении 55 часов в неделю. Тех, кто не выполнял бесчеловечную норму выработки, безжалостно увольняли, а к тем, кто не выносил подобного напряжения, выезжали отряды скорой помощи. Этот истошный вой вы не услышите в рождественской рекламе Amazon, сплошь наполненной сияющими на лице улыбками и радостными песенками. Каждому из трудовой армии, состоящей из 24 тыс. безрадостных рабочих, платят на уровне 7 пенсов за каждую посылку, которая впоследствии будет упакована и доставлена в пределах территории Соединенного королевства. Моя последняя смена пришлась на «Черную Пятницу» – тот день, когда миллионы британцев вошли в свои аккаунты на сайте компании для того, чтобы сделать основателя Amazon Джеффа Безоса богаче на 1,8 млрд фунтов стерлингов всего лишь за ночь. Однако на компанию обрушился целый ряд скандалов, которые и побудили нас к проведению собственного тайного расследования. Во многих городах Италии и Германии рабочие организовали забастовку, жалуясь на низкий уровень заработной платы и неприемлемые условия труда. А рабочие складов на территории Соединенного королевства сообщили о том, что вынуждены спать в палатках и под мостами, чтобы не опоздать на работу. Четко расписанные походы в туалет, невыполнимые нормы выработки и изнурительные, невыносимые условия труда – на все это зачастую жалуются сотрудники. Им зарплаты ниже, чем официальный уровень прожиточного минимума, а водителей наказывали штрафом за слишком раннюю доставку. На фоне многочисленных предупреждений специалистов о том, что рабочие находятся в зоне повышенного риска приобретения физических и психических заболеваний, руководство Amazon неоднократно обещало пересмотреть свою «корпоративную культуру». Но состояние доски для жалоб работников свидетельствует о том, что компании предстоит проделать огромную работу в этом направлении. На ней присутствовали жалобы о том, что в туалеты страшно зайти и что перерывы все еще очень короткие. Один из работников написал: «Почему нам не разрешают присесть даже тогда, когда не поступает новых заказов и все спокойно? Мы ведь люди, а не рабы или животные». Один из работников сказал мне: «Я ожидал, что здесь будет полно современной техники и все будет выполняться роботами, но сейчас я снял те розовые очки». Моя личная история превращения в человекоподобного робота не могла быть более печальной. Рабочая смена начиналась в полумраке в 7:30 утра и заканчивалась в 6 часов вечера, спустя несколько часов после захода солнца. Цех, лишенный естественного освещения, переполнен флуоресцентными лампами; здесь не имеет никакого значения, день за окном или ночь. Рабочие, отчаявшись, накрывают лентой большую часть часов, чтобы не напоминать себе, сколько им еще осталось протянуть до конца смены. Но власть времени никто не отменял – новый заказ должен быть запечатан и готов к отправке в течение 30 секунд. Который бы ни шел час, тысячи рабочих соревнуются в достижении целей, которые им ставят компьютеры, отслеживающие каждое их телодвижение. За те пять недель, что я работал на складе, я видел тех, кто, не справляясь с поставленными невыполнимыми задачами, постоянно опасался возможного увольнения. Два получасовых перерыва составляли то единственное время, в течение которого я не находился на ногах, но его хватало исключительно на то, чтобы добежать до столовой и с жадностью проглотить некоторое количество пищи для восстановления своих запасов энергии. Мое тело изнывало от боли, а мой фитнес-трекер показывал, что практически каждый день я проходил по меньшей мере 10 миль (около 16 км). Несмотря на то что я регулярно бегал марафонские дистанции, подобные физические нагрузки зачастую приводили к головокружениям, и я всерьез опасался, что однажды отброшу коньки, если буду продолжать работать настолько усердно, насколько того требовали поставленные передо мной задачи. Одного из моих коллег увезли в больницу на скорой помощи, когда он упал в обморок от переутомления прямо на рабочем месте по причине того, что, несмотря на плохое самочувствие, продолжал выполнять норму выработки. Еще один случай вызова бригады скорой помощи связан с приступом паники, случившимся с одной из девушек после того, как ей сообщили, что она будет обязана работать 55 часов в неделю во время рождественских каникул. Один из коллег сказал мне: «Здесь все страдают. Я растянул ахиллово сухожилие, но вынужден продолжать работать. Моей подруге были предоставлены всего лишь два дня больничного после того, как она повредила коленные связки». С помощью скрытой камеры я зафиксировал пару случаев, когда мои коллеги улучали момент, чтобы растянуть свои затекшие ноги, пока надзиратели не смотрели на них. Менее удачливые работники получали выговор после того, как надзиратели застигали их врасплох. Некоторые засыпали прямо там, где стояли. С начала октября Amazon находится в поиске сотрудников на замещение 1500 вакантных позиций в цеху, площадь которого эквивалентна площади 11 футбольных полей. Он настолько огромен, что простой поход в туалет занимает больше 5 минут: расстояние от некоторых рабочих мест, где мне приходилось работать, до туалетов достигало 500 метров, а если последние были неисправны, что было далеко не редкостью, то оно было еще больше. Если я отлучался в туалет, системе было известно, что я в это время не работаю, соответственно надзирателями прилагались максимальные усилия для того, чтобы работники как можно реже ходили в туалет. Для того, чтобы добраться до цеха, который называется LCY2 в честь расположенного неподалеку лондонского аэропорта, рабочие ежедневно платят 4 фунта за поездку на автобусе, который отправляется из Лондона. Некоторые рабочие настолько нуждаются в работе, что готовы проводить в дороге до четырех часов ежедневно, лишь бы получить заветное рабочее место, на котором платят 8,2 фунта стерлингов в час. Один из тех, кто подумывает перебраться поближе к месту работы, поделился со мной следующей информацией: «Арендодатели неуклонно повышают арендную плату с тех пор, как здесь построили данный цех. Единственная комната, которую я подыскал, будет обходиться мне в 600 фунтов стерлингов в месяц. Я зарабатываю 200 фунтов стерлингов в неделю — откуда у меня деньги на такую комнату?» В дни, предшествующие «Черной Пятнице», десятки рабочих были уволены по причине невыполнения плана. Один раз в день надзиратель подходил ко мне, чтобы сообщить о качестве моей работы. Зачастую оно было неудовлетворительным. Но с учетом того что рабочие грызлись друг с другом, один из надзирателей сказал мне: «Пока ты будешь работать не хуже остальных, у тебя нет повода для беспокойства… но это пока». Как только посылка попала на конвейер, она продолжает свой путь через все здание, пока не попадает в отдел упаковки — еще один отдел, где мне посчастливилось поработать. Мне была поставлена задача упаковать 120 посылок, состоящих из одного товара, или 85 посылок, состоявших из двух или более товаров в час. Более того, впоследствии мне сказали, что это количество возрастет до 200 посылок. Можно наблюдать, как рабочие ходят вперед-назад вдоль ленты конвейера, громыхая коробками, прежде чем они тщательно подыщут себе коробку, в которой будет несколько заказов меньшего размера, для того, чтобы выполнить свою норму. Один из моих коллег сказал мне: «Моя девушка говорит мне, что в ночную смену даже пожилые дамы сражаются за коробки. Если тебе удается захватить коробку с несколькими заказами меньшего размера, ты экономишь время и значительно преуспеваешь в плане выполнения нормы выработки – все остальные имеют меньшее значение, чем эти два параметра». Иногда мне удавалось выполнять план, но я знал, что не смогу поддерживать такой темп на протяжении долгого времени. К середине дня я был истощен. Если я пытался жаловаться, мне напоминали, что это отразится на количестве обработанных мной заказов, если я остановлюсь. В последние две недели моей работы в цеху было по крайней мере два случая нарушения техники безопасности, которые могли привести к серьезным увечьям. Один коллега как-то сказал мне: «Когда меня только принимали на работу, кто-то задал вопрос, почему здесь такой высокий показатель текучести кадров. Это все потому, что они здесь уничтожают людей. Все мои друзья считают, что я покойник. Я очень сильно устал». Его ремарка кратко обобщала то, что я видел своими собственными глазами. В том, что касается человечного обращения со своими сотрудниками, компании Amazon есть куда стремиться. Представители компании говорили нам: «Amazon предоставляет всем безопасную и благоприятную рабочую среду и гарантирует конкурентную оплату труда и бонусы с первого дня работы. Мы гордимся тем, что за последние несколько лет сумели создать тысячи постоянных рабочих мест в пунктах обработки и исполнения заказов на территории Соединенного королевства». «Мы предлагаем великолепные рабочие места и благоприятную рабочую среду в сочетании с возможностями карьерного роста. Как и большинство других компаний, мы рассчитываем на определенный уровень производительности труда. Нормы выработки устанавливаются в соответствии с показателем производительности труда, достигнутым работником в предыдущие периоды. Оценка сотрудников компании производится за достаточно продолжительный период времени, поскольку мы осознаем, что на выполнение нормы выработки в конкретный день и час может влияет целый спектр факторов». «Сотрудники – это всего лишь скот для обслуживания роботов» У компании Amazon дела идут как нельзя лучше, о чем, впрочем, вы могли сами догадаться, поскольку основателем этой компании самый богатый человек в мире. Склад в Тилбери загружен не на полную мощность, причем компания владеет полной информацией относительно требований к безопасности труда и организации рабочего места. Но сам факт законности ведения бизнеса со стороны Amazon не означает того, что эта работа вам понравится. За несколько недель до трудоустройства на этот склад я закончил летний беговой сезон, который включал в себя два забега на марафонские и еще парочку забегов на полумарафонские дистанции. В физическом отношении я не тюфяк, однако я страдал от переутомления каждый день. Мои давление и частота сердечных сокращений в спокойном состоянии возросли как результат чрезмерного напряжения на работе. Одним из положительных моментов, который я отметил в начале своего эксперимента, стало осознание того факта, что работа сборщика заказов может заменить хорошую тренировку. Однако компания Amazon пришла к выводу, что люди – это наименее эффективная часть всего процесса, и поэтому на цехе в Тилбери чаша весов постепенно склоняется в пользу роботов. На каждом шагу у меня складывалось впечатление, что сотрудники были низведены до скота, который был необходим исключительно для обслуживания роботов. Повторяющаяся однообразная работа в пункте обработки, формирования и отгрузки заказов – забавное название, не так ли? — не принесла мне никакого морального удовлетворения (Примечание: обыгрывается название «fulfillment centre» и значение слова «fulfillment» – моральное удовлетворение от выполненной работы). Вначале я был подавлен, а затем мой мозг отключился. У компании Amazon нет необходимости устанавливать 10-часовой рабочий день, она могла бы растянуть 40-часовую рабочую неделю на пять дней и нанять больше сотрудников. Дополнительные сотрудники могли бы позволить компании сократить персональную норму выработки и снизить нагрузку в пересчете на одного сотрудника. Но гораздо прибыльнее обращаться с рабочими как с расходным материалом.

3 августа 2018 года
На оренбургских трассах снято ограничение для большегрузов

Об этом сообщил сайт оренбургских спасателей в 20:40 по местному времени. Напомним, что тяжеловесным грузовикам рекомендовали дождаться 22 часов, прежде чем они смогут проехать по дорогам общего пользования федерального значения. Движение большегрузов было ограничено на трассе Казань – Оренбург Соль-Илецк – Акбулак – границе с Казахстаном с 8 по 161 км. и с 536 по 713 км. Была недоступна дорога в Казахстан через Илек с 3 по 130 км. На трассе М-5, ведущей в Москву, грузовики не могли подъехать к Оренбургу с 147 по 419 км. Трасса Уфа – Оренбург не принимала тяжеловесный транспорт с 281 по 317 км. Ограничения движения были вызваны высокой дневной температурой воздуха в Оренбуржье и к настоящему времени они сняты.

3 августа 2018 года
Он не оплачивал «Платон»: приставы рассказали о работе с недобросовестными перевозчиками

В 2017 году в петербургском региональном управлении Федеральной службы судебных приставов было 218 исполнительных производств в отношении нарушителей системы «Платон». Из них 118 производств завершились взысканием штрафов по статье 12.21.3 Кодекса об административных правонарушениях («Несоблюдение требований законодательства Российской Федерации о внесении платы в счет возмещения вреда, причиняемого автомобильным дорогам общего пользования федерального значения транспортными средствами, имеющими разрешенную максимальную массу свыше 12 тонн»). Петербургские приставы перечислили в бюджет 1 050 000 рублей. Об этом «Фонтанке» сообщила начальник отдела по взаимодействию со СМИ управления ФССП Елена Ленчицкая. По ее словам, подавляющее большинство оштрафованных – физические лица. Предоставленная Ленчицкой информация показывает статистику: приставам удалось взыскать штрафы за нарушения в системе «Платон» с 54% нарушителей. В принципе, это среднероссийский уровень: в центральном аппарате Федеральной службы судебных приставов нам сообщили, что в России в 2017 году из примерно 15 000 исполнительных производств по «Платону» взысканием штрафов завершились около 8000 – по ведомственной статистике, 52%. Проще говоря, половина нарушителей «Платона» оказались оштрафованными. Речь идет о самых злостных нарушителях – тех, взыскание штрафов с которых потребовало участия судебных приставов. Вообще за нарушения системы «Платон» можно штрафовать ровно две категории перевозчиков – тех, кто в системе вообще не зарегистрировался, и тех, кто зарегистрировался, но не заплатил взнос. «Фонтанка» исследовала этот вопрос: согласно действующему законодательству, штрафы в 2017 году взыскивались лишь с тех, кто зарегистрировался в системе «Платон» – при регистрации они дали разрешение на использование своих персональных данных. Взыскивать штрафы с остальных закон пока не позволяет. Поэтому предоставленная нам статистика Федеральной службы судебных приставов может касаться лишь зарегистрированных в «Платоне» грузоперевозчиков, остальные, с точки зрения штрафных санкций, остаются в тени. По данным Росавтодора, в России сегодня зарегистрированы более полутора миллионов грузовиков с массой свыше 12 тонн (именно такие машины попадают в сферу интересов «Платона»). А по словам сотрудника пресс-службы ООО «РТ-Инвест Транспортные Системы» (оператор «Платона») Вилдана Ямбушева, в системе зарегистрированы сейчас около миллиона большегрузов – менее двух третей тех, кто должен был это сделать. В Петербурге, по его словам, в «Платоне» зарегистрированы около 32 500 тяжелых грузовиков, что, опять же по данным оператора системы, составляет около 98% всех петербургских большегрузов. Наверное, эти 98%, якобы зарегистрировавшихся в «Платоне», – пока можно воспринимать не более, чем предположение его оператора. Особенно на фоне им же приведенных цифр о примерно миллионе зарегистрированных в системе по всей России и данных Росавтодора о том, что в России большегрузов более полутора миллионов. Но вывод из официальной статистики очевиден: примерно 3% зарегистрированных в системе грузоперевозчиков – петербургские. И примерно 1,5% злостных нарушителей, попавших в сферу интересов судебных приставов, тоже из Петербурга. Похоже, в городе на Неве живут самые дисциплинированные грузоперевозчики России

24 июля 2018 года
Не водитель, а драйвер: как минчанин стал дальнобойщиком в Америке

— В Минске я окончил лингвистическую гимназию: это значит, что на протяжении 11 лет у меня было по 5 уроков английского языка в неделю. Учились мы по европейским учебникам. Белорусские тоже получали, разумеется, но учились по европейским. Кроме того, постоянно смотрели фильмы, к нам приезжали иностранцы, была возможность с ними общаться. В общем, оказалось, что моего уровня английского для Штатов хватило абсолютно. Единственная проблема, с которой я столкнулся, — разговор по телефону. Там свои трудности: речь не такая внятная. Но за полгода приноровился, — рассказал собеседник. Америка открывает перед обладателем грин-карты полсотни дверей во все свои соединенные штаты — выбирай любую. Это хорошо в теории, а на практике — это недели три выбирать наилучший вариант. По крайней мере, у нашего героя на подробный анализ возможностей ушло именно столько. Обычно те, кто уезжает, выбирают либо место, где живет кто-то из родственников или знакомых, либо штат, где удалось навести какие-то контакты и найти работу хотя бы на первое время. Ни знакомств, ни работы в Америке у Павла не было. Были ориентиры, чего он хочет, а чего не хочет. — Прежде я никогда не видел океана. Поэтому сразу для себя решил, что непременно хочу жить где-то неподалеку. Соответственно, выбирать нужно из штатов, расположенных на берегу Тихого океана или Атлантики, — пояснил собеседник. Раз уж выпала возможность поменять жизнь кардинально, вполне логично позаботиться о погоде в месте проживания. То есть никакого «белорусского лета» и ничего удушливо-жаркого: Майами, прости, но не в этот раз, к тому же во Флориде случаются торнадо. «Мечта о Калифорнии» у парня тоже не сбылась: идея красивая, но, во-первых, штат очень дорогой, во-вторых, довольно грязный, в-третьих, перенасыщенный иммигрантами. В конце концов, Паша выбирал между Северной Каролиной и Вирджинией. Оба штата расположены по соседству, к югу от Вашингтона. Условия схожие — как тут определиться? — Мне показалось (говорю серьезно), что Северная Каролина лучше звучит. Я представил, как получу документы, водительское удостоверение и там будет написано «North Carolina» или «Virginia». Ну очевидно же, что North Carolina — это гораздо круче! Чемодан, билет — привет, Америка! На первых порах Город Шарлотт — самый крупный город штата, хоть и не столица (так тоже бывает). — Я специально подыскивал город достаточно большой, но не огромный, соизмеримый с Минском, чтобы было как-то проще адаптироваться, — говорит Павел. — Стартовый капитал у меня был совсем небольшой — не разгуляешься. Никаких гостиниц и хостелов я себе позволить не мог, а обращаться к русскоязычным посредникам с первого же дня не хотел. Поэтому попробовал каучсерфинг. Разослал, наверное, писем десять самым разным людям. Но получил ответ только от одного человека: его зовут Грэг, он живет в самом центре города, работает в Bank of America. Белорус сразу объяснил, что летит не тусоваться и пялиться на достопримечательности, что он не турист и ему нужна помощь: понять основные правила, по которым живет американское общество, получить все необходимые документы и номер телефона, открыть банковский счет и так далее. «Уау, это круто! Интересно будет помочь тебе, подруливай», — ответил Грэг. Возможно, не так прямо ответил, но общий смысл передан верно. Вот так и получилось, что крутой банкир помог нашему соотечественнику, иммигранту, который «понаехал» в его Шарлотт, на первых порах там обосноваться. А через некоторое время Паша познакомился еще с одним русскоязычным «американцем» и стал снимать вместе с ним таунхом (townhome). За $400 с человека у них было двухэтажное жилище с двумя спальнями, двумя уборными, небольшой кухней, офисом и даже двориком, где можно было, компактно расположив навес и скамейку, делать барбекю по вечерам. — На самом деле это было очень недорогое жилье, — говорит Паша. — Дело в том, что мы были единственными белыми людьми на весь район, не говоря уже о том, что единственными русскоязычными. Все наши соседи — либо афроамериканцы, либо выходцы из Мексики. Поначалу это нервировало: каждый наслышан, что творится в плохих районах. Но у нас все было в полном порядке, к нам все относились очень дружелюбно. Все знали, что мы говорим по-русски, что мы водим грузовики и что нас лучше не трогать. О грузовиках чуть позже. Пока добавим, что еще одним важным фактором, сказавшимся на стоимости аренды, была репутация ближайшей школы. — В американских городах есть понятие школьного округа — территории, которая относится к конкретной школе. Разумеется, родители хотят, чтобы дети ходили в престижное заведение. Соответственно, чем оно круче, тем дороже жилье в округе. В нашем районе была одна из худших школ во всем городе. Хотя нас это абсолютно не интересовало, — объяснил собеседник. Не водитель, а драйвер Павел приехал в США, имея в кармане белорусское водительское удостоверение. Этого ему было мало, и он решил получить американский аналог. — Оказалось, что обучение как таковое проходить не требуется. То есть ты, конечно, можешь записаться в автошколу — тебе все расскажут и покажут, но дело это добровольное: хочешь — иди, не хочешь — не иди. Возможно, какие-то моменты отличаются от штата к штату, но в Северной Каролине дела обстоят именно так. Вообще, американцы рано начинают водить машину. Я слышал, что один из самых распространенных подарков родителей ребенку на 16-летие — это автомобиль, — говорит наш герой. Теперь практика. Экзамен на площадке в Северной Каролине не принимают — только город. Автомобиль — свой, тот, который найдешь. Проси у знакомых или бери в аренду — твои проблемы. Зато никаких проваливающихся педалей и тому подобных развлечений. — Обычно американцы оформляют страховку, а на экзамен их привозят родители или друзья. И на той же машине они едут с экзаменатором. Я поступил по-другому: обратился в компанию по аренде автомобилей и на свое белорусское удостоверение арендовал машину (как турист), и сам приехал в DMV. Экзаменатор спросил меня, как я добрался? «Сам, взял машину. У меня есть права». Экзаменатор долго разглядывал наше удостоверение. Потом сказал: «Это круто!», проверил у меня страховку, и мы поехали. Практический экзамен похож на наш: поверните, развернитесь, помните дорогу назад? Только нет никаких хитростей, попыток подловить, никто не нервничает, нет никакой «стены плача». Я все сделал, и в конце мне выдали удостоверение — ничего сложного. Грузчик. Все профессии важны Получив американское водительское удостоверение, Павел расширил свои возможности в поиске работы. И нашел ее довольно быстро: он стал сотрудником мувинговой компании (moving — переезд). — Первое время я был помощником: делал все, что говорили. Работа тяжелая: таскали мебель, упаковывали ее, собирали, разбирали. К счастью, никогда не видел, чтобы в доме, где больше трех этажей, не было лифта или он не работал, — отметил Паша. — Затем меня повысили до бригадира. Я ездил на небольшом грузовичке, сам выбирал помощников — «хелперов» — сам заключал договоры с клиентами. Самое главное — расценки. «Хелпер» зарабатывает примерно 15 долларов в час. Бригадир — от 25 долларов. За год зарплата Павла увеличилась до 28 долларов. Плюс чаевые. — Хорошие клиенты оставляют хорошие чаевые, — подметил собеседник. — Мой рекорд — $100 чаевых за 6 часов работы. Но некоторые совсем ничего не дают — как повезет. На своем фургоне (box-truck) белорус объездил весь Шарлотт, иногда выезжая в пригород и уж совсем редко — в соседние штаты. Но эти нечастые поездки, смена пейзажей, другие города и люди навели парня на размышления о том, чем он хочет заниматься дальше. — В Америке существует истина, которая никем не оспаривается: никакая профессия не является плохой. Стыдно не работать, а если у тебя есть заработок — это уже круто, — говорит Павел. — Но «мувинг» — это, по сути, все равно грузчик. «Кем ты работаешь?» — «Грузчиком». Согласись, это все-таки не предел мечтаний где бы то ни было, тем более в Штатах. И спустя год я ушел с этой работы. 18 стальных колес Многие в детстве успели почувствовать себя водителями. «18 стальных колес», три части «Дальнобойщиков», всевозможные Truck Simulator — эти компьютерные игры с крутыми грузовиками и тяжелой музыкой формировали романтическое представление о настоящей мужской работе. — Я очень любил все эти игры. В детстве даже была мечта, что когда-нибудь, если я попаду в США, кто-нибудь прокатит меня на настоящем американском «капотнике»! — Паша до сих пор вспоминает те ощущения с некоторым волнением. Ну, кто в Америке покатает парня на грузовике? Всё, как всегда, приходится делать самому. Белорусский «американец» отправился учиться водить большие машины. — Это уже не легковой автотранспорт, так что проходить обучение было обязательно. Существует немало школ, которые предлагают такие услуги, в том числе русскоязычных. Но я осознанно отказался от этого варианта. Были случаи, когда в США отзывали лицензии у таких организаций, а водители, соответственно, были вынуждены заново сдавать на права. Кроме того, в русскоязычных школах, как мне кажется, не столько преподают предмет, сколько помогают пройти итоговый экзамен. И, даже получив лицензию, ты не владеешь предметом, не знаешь многих тонкостей. Чтобы получить CDL (Сommercial Driver`s License — лицензию на осуществление коммерческих грузоперевозок) Павел пошел в американскую школу. — Было несколько вариантов, в том числе платное обучение или бесплатное. Бесплатное подразумевает, что ты обращаешься в компанию, которая занимается грузоперевозками, она отправляет тебя на обучение, сама за него платит, но затем ты в течение года обязан на эту компанию работать, — пояснил собеседник. Иначе говоря, это как распределение после учебы — схема знакомая, Паше она подходила. Он одновременно написал в две крупнейшие американские компании, которые занимаются грузоперевозками по всей стране. Получив из обеих приглашения, отдал предпочтение той, которая откликнулась первой. — Дело в том, что в США существует острый дефицит водителей большегрузных автомобилей. Я слышал, что прямо сейчас требуется порядка 50 тыс. дальнобойщиков. Поэтому, имея лицензию, вы не будете искать работу — работа сама вас найдет. Обучение длилось 4 недели. Первая была посвящена теории. Курсанты даже сдавали специальные тесты. Вот, например, один из вопросов: на дорогу перед грузовиком выбегает олень, слева встречная полоса, справа — кювет. Что предпринять водителю? — Правильный ответ — сбивать оленя. Груженая фура весит порядка 36 тонн. Резкий маневр или торможение — можно либо «сложиться» в кювет, либо вылететь на встречную, — говорит Павел. Кроме того, много времени уделялось изучению специфики грузового автомобиля. И теоретический экзамен состоял из трех частей: «Общие знания», «Воздушные тормоза» и «Сцепка». Нужно было знать все. К тому же все соискатели в обязательном порядке прошли медицинское обследование, которое, к примеру, не требовалось для получения прав на управление легковым авто. Один из этапов — обязательный тест на наркотики. Говорят, даже спустя месяц после употребления чего-нибудь такого (даже легализованного) пройти его положительно невозможно — лицензии дальнобойщика в таком случае не видать. Практические занятия длились три недели. А экзамен включал в том числе площадку, где нужно было двигаться на тягаче с полуприцепом задним ходом, не допуская отклонений, выполнить параллельную парковку, а также заехать в бокс для загрузки. Две фуры по бокам, а между ними узкий проезд, куда нужно поместиться, — хуже не придумаешь. — Обязательно нужно выходить из машины, обходить ее кругом, чтобы абсолютно все контролировать. Иной раз на такой въезд у меня уходило 40 минут, в течение которых я раз 25 выходил из кабины, — рассказал собеседник. И финальный этап — выезд в город. — Огромный грузовик, десять передач. Там совсем другие принципы вождения. Например, нельзя просто так взять и переключиться со второй передачи на третью. Нужно выжать сцепление, включить нейтралку, снова выжать сцепление и затем включить третью скорость. А первые передач семь очень короткие — они нужны, чтобы разогнать груженую фуру. Поэтому все приходится делать очень быстро. Павел получил лицензию и официально стал американским дальнобойщиком. За рулем того самого «капотника» У этой работы в США есть своя специфика. Страна большая, дальнобойщик проводит почти все свое время в дороге. Иначе говоря, примерные мужья и отцы в эту профессию не идут. Как правило, дальнобойщик в США — это уже взрослый дядька, вырастивший детей, большой, брутальный, в кожаной куртке — почти как байкеры в американских фильмах. А тут Паша. «Такой молодой и уже дальнобойщик», — причитали местные старушки. Но парню нравится. Ему дали грузовик — настоящий крутой Freightliner Cascadia 2015 года выпуска. Пробег — всего 250 тыс. миль. Внутри все удобства, машина напичкана электроникой: бортовой компьютер, навигационная система, круиз-контроль, система автоматического торможения, радар, который определяет расстояние до идущего впереди транспорта и его скорость. Есть даже климат-контроль, который может работать от батарей при выключенном двигателе. За рулем этой машины Паша за год объездил почти всю Америку. Идея такая: водитель сам определяет, в какое время и в каком месте будет доступен. — Например, беру груз до Нью-Йорка и указываю, в какой день смогу выехать оттуда в следующий рейс. Я подгадывал так, чтобы постоянно бывать в новых местах. Например, сообщаю диспетчеру, что хочу к такому-то числу быть в Лос-Анджелесе — и мне подбирают грузы таким образом, чтобы так и случилось, — пояснил собеседник. — График работы простой: водитель может работать не более 14 часов, из которых не более 11 (с обязательным перерывом) непосредственно за рулем. Отсчет этого времени начинается автоматически, схитрить нельзя. Как только я начал работу, у меня есть 14 часов, а затем я обязан отдыхать. При этом неважно, что я делал — управлял автомобилем или ждал погрузку, — 14 часов и не более. Рабочее время суммируется, и через каждые 70 часов водитель обязан отдыхать не менее 34 часов. Если работодатель узнает, что кто-то попытался нарушить режим работы и отдыха, с большой долей вероятности такого человека просто уволят. Павел за время работы дальнобойщиком появлялся в Шарлотте два или три раза, да и то случайно. За комнату в таунхоме он не платит, живет фактически в грузовике. — Я работаю один, без напарника. Места хватает, я минималист по натуре, в кабине никакого лишнего хлама. Питаюсь в ресторанчиках, которые расположены на паркингах для грузовиков, — их великое множество по всей стране. Фастфуд не ем, кофе не пью. За $15—20 можно заказать полноценный обед с супом, стейком, гарниром и овощами. На этих же паркингах есть заправка, душевые комнаты со всеми удобствами, услуги прачечной. Если заправляешься топливом, за душ и стирку платить не нужно. Топливо оплачивает компания — у меня есть специальная карта. Я ввожу только свои данные и пробег. Не знаю, следит ли кто-то за расходом: каких-либо вопросов никогда не возникало, лимитов нет. Никому в США не придет в голову сливать его налево, если вы понимаете, о чем я. За это время случалось всякое. В первом же рейсе Паша свернул не туда на развязке и заехал в небольшой городок. Навигатор сошел с ума, развернуться на узких улочках невозможно. В итоге он на целый час опоздал на выгрузку. — Помню, в компании к этому отнеслись с пониманием. Сказали, что это рабочий момент и я ни в чем не виноват, — говорит Паша. Рабочие моменты для крупной американской компании — это допустимо. Недопустимо халатное отношение к своим обязанностям и действующим законам. Наш герой рассказал, что получение двух «тикетов» от полиции (что-то вроде строгих предупреждений за нарушение ПДД) наверняка приведет к увольнению. — А ведь у меня даже однажды был суд. Дело было в небольшом городке. Я проезжал перекресток, а мне не уступил дорогу водитель другого грузовика, который ехал навстречу и поворачивал налево. Стандартная ситуация. Даже столкновения не произошло: я успел свернуть в сторону и остановился где-то в 10 сантиметрах от столба. Выдохнул, как вдруг сзади послышался звук удара. Думал, что кто-то в меня врезался, но обошлось. Просто груз в полуприцепе — какие-то рулоны полиэтилена — не был закреплен. Во время резкого торможения они полетели вперед и проломили стенку трейлера. Я не мог знать, что груз не закреплен, я просто забрал полуприцеп — он запломбирован, я не имею права заглядывать внутрь. Но прибывший полицейский выписал мне два «тикета»: один за скорость (она была в пределах разрешенной, но по версии полиции не соответствовала безопасной в тех условиях) и другой за незакрепленный груз. Это означало, что будет суд, который и определит, снять с меня эти «тикеты» или же они вступят в силу. Америка — страна юристов. Павел проконсультировался с одним из них и успокоился. Парня действительно трудно было в чем-то обвинить, и суд предсказуемо снял с него эти «тикеты». — Напоследок меня спросили, хочу ли я давать показания против второго водителя, из-за которого все и случилось, — ему тоже выписали «тикеты». Я отказался — зачем портить кому-то жизнь? Планы на будущее В настоящее время Павел взял небольшую паузу, приехал в Беларусь погостить. Но свое будущее он по-прежнему связывает с грузоперевозками — на дальние расстояния, пока не решит осесть в одном месте, затем можно будет продолжить карьеру, занимаясь локальными поездками. — Я мечтаю купить свой грузовик, уже откладываю деньги. Новая модель, как та, на которой я езжу, стоит $150 тыс. Плюс трейлер — еще где-то $60 тыс. Это много, но можно взять кредит — в США это не такое тяжелое бремя, как в Беларуси. Либо купить подержанную машину. Не все хотят связываться с новыми моделями: там много электроники, ее проблематично ремонтировать в случае чего, — говорит парень. Работать на себя — вот мечта, которая завладевает, похоже, всеми в этой стране. Паша рассказал, что, работая на компанию, он может получать примерно $1500 в неделю. И фирма несет все расходы, связанные с топливом, обслуживанием и ремонтом грузовика. Работая на себя, все это водитель оплачивает сам. Но даже так выходит в разы больше. — Один мой знакомый на собственном грузовике за месяц заработал $32 тыс. Правда, у него автовоз — таскает новые автомобили в дилерские центры. Такие водители-одиночки работают через брокеров, которые за определенный процент сводят их с заказчиками. В какой-то степени это риск, ведь нет гарантированного трудоустройства под крылом крупной корпорации. Но это и свобода.

Сейчас | По московскому времени

В рядах наших клиентов:

Санкт-Петербург

8 812 309-72-18 Единый многоканальный номер
195248, Санкт-Петербург, Уманский пер., 72
Часы работы: пн-пт 10:00-18:00
Посмотреть карту проезда

Санкт-Петербург | Москва

8 495 223-24-33 Единый многоканальный номер
129344, Москва, Енисейская ул., 1
Часы работы: пн-пт 10:00-18:00
Посмотреть карту проезда
Войти в личный кабинет